Рубрики
Ресурсы
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
Сайт Президента Республики Беларусь
Национальный правовой портал
Особый взгляд

6.12.2017

Орлы и воробышки

По отношению к нему всегда чувствовал эффект параллельного существования. Довольно прозаического своего и романтического, героического — его. В то время, как я учился, куда-то поступал, что-то заканчивал, работал — он в одиночку на яхте преодолевал океан. Покорял Эверест, облетал на воздушном шаре Землю.
Не знаю, почему, но необычную биографию «двойника» воспринимал как заочный укор. Нет, сам он, конечно, ни в чем меня не упрекал. Но как было на его потрясающем фоне иногда не почувствовать некую пресность размеренного бытия? Его однообразный алгоритм.
Впрочем, немножко утрирую. Вовсе ни к чему всем повторять уникальные по содержанию действия Федора Конюхова (речь именно о нем). Устремись вдруг все за ним, ни в океанских безднах, ни в небе простора не хватит. И ведь что самое интересное… Мысли об экстремальном, удивительном путешественнике, художнике, журналисте, писателе, священнике возникли при самых будничных обстоятельствах.
…Хмурый ноябрьский день с едва-едва накрапывающим дождем. Про такой кто-то хорошо сказал: идет-идет и будто извиняется. Поэтому воробышки вдоль тротуара не очень-то озабочены перспективой намокнуть. Плотно пообедать куда как актуальнее. Довольно большими стаями они сосредоточенно что-то поклевывают в траве. К проходящим мимо пешеходам вроде как привыкли. Но все же не считают лишним подстраховаться. При приближении человека дружно взлетают на ближайшее дерево, забор или крышу.
И все же не однажды замечал: всегда находятся один-два смельчака, продолжающих осеннюю трапезу. Не так ли и в человеческом варианте? Сотни, тысячи осторожно подготавливают тылы, площадки отступления, а единицы смельчаков делают то, что уже упомянутый Конюхов.
С каким-то внутренним трепетом невольно думаешь: боже мой, как же много надо знать и уметь. Это не на полянке рядом с домом палатку соорудить. Масштаб планетарный, риск — смертельный. А ты профессиональный многостаночник: географ, повар, штурман, яхтсмен, механик, врач, компьютерщик, рисовальщик!.. Сама же акция не прихоть праздного мужика, а философия, мировоззрение, способ понимания, постижения мира.
Эти его ощущения в изданных книгах, написанных картинах. В них не слова, не краски, а насыщенность удивительной души. Да и как оно может быть иначе, если столько раз стоял на краю гибели. В грозной водной стихии, в корзине воздухоплавателя, на пути к вершине Эвереста, песчано-каменной буре в монгольской пустыне. Отсюда градус, страсть, пограничная зоркость прозрения…
Из его книг знаю: наиболее часто задаваемый ему журналистский вопрос — зачем? Известен и ответ, больше напоминающий встречный вопрос. Дескать, а зачем любоваться Млечным путем, северным сиянием, Ниагарским водопадом? Да потому лишь только, что они существуют. Лишь подумаешь об этом и станешь исподволь готовить поход в одиночку к полюсу. Так и стал третьим в мире, достигнувшим его в жанре «соло».
Все без помпы, фанфар, ангажирования, а сугубо по-мужски. Сам не раз озвучивал, что не  любит самодовольства, бахвальства. Признает только умеющих ставить конкретные цели, достигать их. Жизнь измеряет не столько успехом, сколько честной попыткой, достойным усилием. Не поэтому ли в его качественном личном каталоге такие фамилии, как Хейердал, Нансен, Пири, Кусто, Честертон… Люди, в определенные моменты жизни существовавшие как бы на острие, на стыке, на грани возможного и невозможного.
Они вовсе не фанатики, не адепты одной всепоглощающей идеи. Тот же Конюхов не выводит себя за пределы реальности. Прекрасный муж, отец, служитель церкви… Что-что, а почву под ногами чувствует хорошо. Просто приходит момент, когда как бы за всех нас   держит экзамен перед природой. Своего рода презентация биологического продукта как  человеческого вида. Мол, не вступишь в борьбу — не победишь. Правда, более осторожный заметит: «Но и не проиграешь». Только это не про него и таких, как он.  У них своя концепция личности. Той, что готова пожертвовать ради позитивной идеи. Причем настолько, что при воплощении ее открываются вершины той же человечности. Вершины, допускающие слияние героического и романтического. Когда в какой-то условной точке сходятся как бы три стратегии: выживания, проживания и триумфа настоящей жизни.
Давно подозревал: людей различает уровень «транзитности» тоже. Одни основательно устроились, будто собираются жить вечно. Другие же легки в своем отношении к стационарной «прописке». Будто доказывают: жизнь оставляет желать лучшего, когда о ней думаешь. Как же без претензий? Всегда найдутся…
Но как же она прекрасна, когда просто живешь, делая выбор в пользу процесса. И чем он сложнее, тем увлекательнее. Вот и получается: одни ищут обоснования бездействию, другие — действиям! Не мир красивых призраков и иллюзий, а мозоли, пот, движение, риск, цель, достижение…
Все это хорошо, заметит иной. Но где же здравый смысл?
Что ж, действительно неплохое качество. Однако спросите себя же: сколько прекрасных порывов, планов, дерзновений, замыслов губит он порой на корню. Как жестоко гасит своей прощупывающей предусмотрительностью. А разве нельзя его эффективно применить уже в деле? Мотивация таких людей, как Конюхов, почти всегда сильнее риска. И вообще, если бы всегда и во всем были осторожны, то как бы прогресс себя чувствовал?
А самое главное: нельзя объективно оценить те или иные события, не поняв до конца сотворивших их людей. В случае с моим героем сюжет и персона, личность и масштаб срослись. С расстановкой акцентов никаких проблем. Цену всем его действиям обозначила победа. Мечта детства оказалась соразмерной.
Не знаю, может, кто-то посчитает иначе. Много ли в мире вещей и явлений, достойных однозначной оценки. Их, на мой взгляд, вообще нет. Даже когда погиб «Титаник», поэт Блок с восторгом записал в дневнике: «Есть еще океан!» Как есть он и для Федора Конюхова. Только, к счастью, в другом качестве. Чем, в общем-то, и хотел поделиться. Воробышки спровоцировали.
Кстати, о них. Они в любом случае молодцы. Хотя бы потому, что, в отличие от других пернатых, никуда не улетают. Бросив смелый вызов зиме, в такую суровую для всех нас пору рядом с людьми остаются. Будто это уже и не воробьи вовсе, а настоящие орлы.

Наум САНДОМИРСКИЙ